Микродозинг и юмор

В управлении «Золотой ключик», что ютилось на пятом этаже здания с колоннами, но без лифта, назревала тихая революция. Революцию эту затеял не кто иной, как завхоз Семен Семенович Пуговкин, человек, который вечно что-то выискивал в интернете в надежде удешевить канцелярские расходы.

И вот однажды он наткнулся на чудо-средство — микродозинг из двух лесных даров: мухомора красного и ежовика гребенчатого. По слухам, в таежных деревнях старики клали их под язык, чтобы лучше помнить, где зарыли клады.

Директор конторы, Лев Кузьмич Жеребцов, человек с лицом сытого кота, к новшествам относился настороженно. Но когда Пуговкин шепнул ему, что микродозы помогают «смотреть на баланс с другой стороны» и при этом «не требуют увольнения сотрудников», Жеребцов махнул рукой: «Давай, Сеня, но без цирка».

Первой подопытной стала бухгалтерша Раиса Павловна, известная тем, что даже в отпуске считала прохожих. Ей дали утром одну капсулу ежовика. Через час она перестала ворчать на рассыпанный принтером тонер и вместо этого написала сверку счетов за три квартала так чисто, что цифры можно было использовать как орнамент для обоев. Она даже улыбнулась курьеру Ване, чего не случалось с прошлого Нового года.

— Ежовик, — пояснил Пуговкин, — он как строгий ревизор, только добрый. Раскладывает мысли по клеточкам и каждую клеточку проверяет печатью.

Через два дня настал черед мухомора. Его принял сам Жеребцов, ибо решил, что директору тоже полезно иногда «пошире взглянуть на стратегию». И что же? Лев Кузьмич вместо того, чтобы традиционно дремать на планерке, вдруг предложил переименовать отдел снабжения в «Департамент рационального вдохновения» и украсить двери акварелью. При этом план закупок он составил на полгода вперед, ни разу не перепутав килограммы с литрами.

Но настоящий фурор случился, когда Пуговкин уговорил всю пятерку сотрудников принять утром совмещенную микродозу — по крошечной крупице каждого гриба, смешанных в чайной ложке с медом (для вкуса).

Результат превзошёл ожидания. В комнате воцарилась такая гармония, что даже старый кондиционер перестал скрипеть и запел «Соловьем» — правда, только в головах присутствующих. Но на деле все оставались трезвыми и деловитыми.

Курьер Ваня, который раньше путал адреса, стал раскладывать корреспонденцию по папкам с точностью швейцарского хронометра, при этом каждую папку он украшал наброском ромашки на полях — от избытка чувств. Секретарша Клавочка начала стенографировать совещания с такой скоростью, что успевала записывать даже вздохи участников, а заодно добавляла к протоколам краткие рецензии — например: «Пункт третий — очень жизненно, рекомендую».

А Раиса Павловна и Лев Кузьмич вместе сели сводить годовой баланс. Ежовик у Раисы Павловны чётко структурировал дебет, а мухомор у Льва Кузьмича придавал кредиту лёгкую поэтичность. В итоге баланс сошелся до копейки, и еще осталось место для приписки: «Все суммы имеют дружественный характер и расположены в алфавитном порядке».

К концу дня сотрудники «Золотого ключика» ощущали необыкновенную ясность в голове и прилив сил, совсем без головокружений и без зелёных слонов. Никто не пытался летать, не разговаривал с кактусами и не требовал прибавки к зарплате. Просто все дела делались быстрее, с улыбкой, а обеденный перерыв превратился в маленький праздник: все обсуждали, как они завтра снова примут эту волшебную смесь, но уже по микроскопической дозе.

Пуговкин торжественно закрыл баночки и сказал:

— Господа, это не лекарство и не наркотик. Это просто два гриба, которые договорились между собой. Один — за порядок, другой — за красоту. А вместе — за то, чтобы наша контора не была похожа на сонное царство. Мы не улетаем в облака, мы просто чуть выше поднимаем голову, чтобы увидеть свои же успехи.

Так в «Золотом ключике» завелся обычай: по утрам пить чай с микро-щепоткой чудо-порошка. Никто не сошел с ума, никто не уволился, а производительность выросла на пятнадцать процентов. И даже старый охранник Ефимыч, который по ошибке выпил двойную дозу (перепутал с сахаром), просто починил сломавшийся стул и нарисовал на его спинке маленькое солнышко. Что, согласитесь, в масштабах одной конторы — уже немало.